Корреспондент. Валерий, Ялтинский конкурс артистов эстрады принес вам всесоюзную известность. Каковы были основные вехи на пути к этому?
В. Леонтьев. Думаю, началось все году в 1973-м. Тогда с ансамблем «Эхо», с которым работаю и по сей день, мы были в составе провинциальной филармонии — была работа до седьмого пота, 10 месяцев в году гастроли. Мы объездили страну с севера на юг и с запада на восток. Иногда мне кажется, что трудно найти уголок, куда ступала бы нога человека и где не побывали бы мы с ансамблем... Но постепенно нам стало ясно, что, кроме этой изнурительной работы, у нас в перспективе ничего не имеется. Нужно было что-то менять... С ансамблем мы перешли в Горьковскую филармонию... А в прошлом году я приехал в Ялту главным образом, так сказать, оглядеться. Опыта участия в крупных конкурсах у меня не было. И вдруг — первая премия! Среди песен, которые я исполнил, была песня Тухманова «Памяти гитариста», автор услышал ее...

Корреспондент: И теперь ваше содружество насчитывает уже не одну песню?..
В. Леонтьев. Да, о таком содружестве я мечтал много лет. Мне всегда нравилось то, что делает Давид Тухманов. Я пел довольно много его песен, но никогда не думал, что когда-нибудь он будет писать для меня... Если говорить об особенностях нашей совместной работы — это прежде всего точная постановка задачи. Композитор очень четко представляет, чего хочет... Но не «тиран» — бережно относится к мнению исполнителя. Тухманов обладает прекрасным чувством момента — понимает, скажем, что можно было делать вчера и чего уже нельзя делать сегодня, и как нужно будет делать завтра.

Корреспондент. Многие молодые исполнители сегодня добиваются успеха и популярности благодаря сотрудничеству с маститыми авторами. Что вы думаете по этому поводу?
В. Леонтьев. Исполнитель, выходящий на большую профессиональную эстраду, сталкивается со многими трудностями. И то, что известный автор часть их берет на себя, кажется мне положительным. Молодому певцу трудно — ему помогает опытный композитор и аранжировщик. Но и в обратном направлении: часто автор находит в молодом исполнителе как раз то, что ищет. Примеров таких плодотворных контактов много. И все-таки поиск своего творческого лица, своего песенного материала — это огромная проблема для многих молодых певцов. Многие поют чужие, «с чужого плеча», песни. Чувствуется, что где-то «в глубинке» скрыт талант, «алмаз», но ведь его нужно оттуда достать, отшлифовать, определенным образом подать, наконец...

Корреспондент. Расскажите, пожалуйста, о ваших последних работах, о ваших планах.
В. Леонтьев. Вместе с Д. Тухмановым мы записали пластинку. На ней диско, рок, лирические песни. В этом году было много съемок на телевидении — в «Утренней почте», в олимпийских программах... Планы? Есть интересная идея — подготовить большую программу с одной общей темой — об отношении человека-певца к окружающему миру, его многообразию, его проблемам...

Валерий Леонтьев —- энергичный человек. Принцип театра на эстраде воспринял всей душой. Выступления «Эха» — небольшие музыкально-театральные спектакли. Сцена наполнена движением, но сцены ансамблю мало: на концерте в Лужниках они спускались в зал и пели и танцевали там, чем вызвали оживление публики. (А под конец раздавали зрителям шарики: ожидали, что их будут подбрасывать и они заскачут по зрительному залу над рядами. Но на том концерте, где я был, те, кому достался шарик, крепко держали их в руках. Рядом со мной солидная женщина ловко выхватила шарик чуть ли не из рук одной девушки... Пожелаем ей счастья!) В отличие от Анциферовой, которая ставит на мелодичность, на голос, интонацию, Леонтьев выигрывает на зрелищности, артистичности, динамике, а в песнях тщательно выпевает слова. Анциферовой не хватает мудрой режиссуры, Леонтьев в этом плане производит хорошее впечатление. Он сложившийся исполнитель, наверное, поэтому о нем трудно писать: не за что ухватиться; в нескольких статьях о нем, кстати, на место его имени можно было поставить имя любого другого вокалиста, изменить названия песен — все бы сошлось... Его слабость, кажется, в том, что то, что он делает на сцене, поглощает, вычерпывает его до конца. Не остается какого-то резерва, багажа, благодаря которому он бы «тверже стоял на ногах». Но это то, что пока еще можно ему простить.
К.Сергеев, 1979