18+
Все новости

Якутская стипендия Александра Галича

Якутская стипендия Александра ГаличаВ самом начале 60-х годов по Москве началось массовое «хождение» магнитофонных записей — песен Булата Окуджавы и Александра Галича. Я немедленно приобрел магнитофон и переписал у друзей и знакомых все, что смог достать.
С 1965 года и вплоть до моего отъезда в Якутию я работал в тресте «Энергостройконструкция» и мотался в командировки . по теплоэнергетическим стройкам Европейской части СССР. Во все эти города и городки я в каждый свой приезд привозил свежие песни. Хотя хороших записей становилось все больше, достать их становилось все труднее — ведь на записи Галича практически был наложен запрет, а хранение и распространение их приравнивалось к хранению и распространению антисоветской литературы. Владельцы записей не афишировали свои «богатства».
Тогда-то мне и пригодилось мое любительское исполнительство. В компаниях и застольях я всегда пел песни Галича. Так же дело обстояло и в Якутии, куда я уехал в 1968 году. Все двадцать лет работы там я, выражаясь «высоким штилем», занимался пропагандой творчества Александра Аркадьевича Галича...
Наше знакомство состоялось летом 1970 года. Я тогда работал в Айхале. Как-то ко мне подошли ребята, знающие мое отношение к Галичу, и сообщили о его смерти. Через два часа я был в Айхальском аэропорту. Очень помогли друзья. Благодаря им я затратил на дорогу в Москву минимальное время.
Часа два я просидел около телефона. Как звонить, что сказать... А потом решил: скажу все как есть. Снял трубку, набрал номер.
— Алло? — это, несомненно, был голос Галича!..
— Здравствуйте, Александр Аркадьевич!
— Здравствуйте.
— Александр Аркадьевич, меня зовут Володя, фамилия Ямпольский. Я прилетел сегодня из Якутии. Мне сообщили о вашей смерти. Я поверил и прилетел. Можно сказать, на похороны. Но, слава Богу, вы живы, и это прекрасно. Я бы очень хотел вас повидать, Александр Аркадьевич! — выпаливаю единым духом.
— Володенька, а мы с вами знакомы?
— Нет, Александр Аркадьевич, не знакомы...
— Дело в том, что мы с женой только что вошли в квартиру. Мы только что приехали. Вы не могли бы подъехать к нам завтра, часам этак к двум?
На следующий день в назначенное время я стоял перед дверью квартиры Галича. На мой звонок никто не ответил. Позвонил второй раз. Тишина. Я постоял немного и, поборов волнение, позвонил еще раз. Дверь мне открыла очень сердитая женщина. Посверлив меня глазами, она спросила:
— Чего это вы трезвоните?
— Здравствуйте, я Володя Ямпольский, я из Якутии, я к Александру Аркадьевичу, он мне разрешил прийти к двум часам, — залепетал я под ее взглядом.
— Ну и заходите! Трезвонить-то зачем?
И она несколько отступила от двери.
Вышел Александр Аркадьевич. Мы поздоровались. Он познакомил меня с Ангелиной Николаевной, и она, сославшись на плохое самочувствие, ушла к себе. Мы прошли в комнату Галича.
Сейчас многие пишут о нем, о его внешности. Я все это читал, и все это правда. Действительно, он был и красив, и артистичен, я бы добавил — аристократичен. И еще — необычайно обаятелен. Если бы Галич был священником, я бы наверняка стал верующим.
Александр Аркадьевич расспрашивал меня о моей работе, семье, о Якутии. Великолепно, с неподдельным вниманием слушал. Я рассказал ему, как сумел, о себе, о ребятах, любящих его песни, считающих себя его друзьями. Рассказал и о том, что успел увидеть и узнать за год работы в Якутии. Мой рассказ ему, видимо, понравился, и он сказал:
— Хорошо бы там побывать.
До сих пор не могу себе простить, что не организовал поездку Галича в Якутию! Ведь возможность такая была!
...Пора было уходить. На прощанье я не утерпел и спросил Галича:
— Александр Аркадьевич, а почему меня отчитала Ангелина Николаевна за то, что я звонил, прежде чем войти в ваш дом?
— Ну, как вам сказать... Просто, когда мы дома, двери у нас никогда не заперты.
— И ночью?
— И ночью. Друзья, которые бывают у нас, знают об этом и никогда не звонят.
— А если не друзья?
— Тем более. Знаете, сама мысль, что кто-то будет звонить, стучать, ломиться, настолько отвратительна, что мы решили дверь никогда не запирать.
В 1972 году я снова прилетел в Москву в командировку. Зашел к своим хорошим друзьям на Арбате.
Не успел я снять пальто и шапку, как мне было заявлено:
— А Галича исключили из Союза писателей!
— Когда?
— Недели две назад.
Я — к телефону. Трубку снял Галич и подтвердил услышанное.
— У меня давно нет ничего общего с этой организацией, — сказал Александр Аркадьевич. — Мне нужно было самому написать заявление о выходе. Но, слава Богу, они управились и без (Леня! Я всегда вспоминаю этот разговор, когда читаю о посмертном восстановлении того или иного оболганного и оплеванного литератора в союзе тех, кто его в свое время оболгал и оплевал.
Через день я был у Галича. Его сангарские друзья (друзьями Галича я называю тех, кто знал и любил его песни) снабдили меня рыбой собственного улова и посола. Между прочим, в Сангарах, где я к тому времени работал, того, кто умел хорошо солить рыбу, называли «хорошим солистом».
Не помню всего разговора, но в конце Александр Аркадьевич с горечью сказал:
— Пес с ним, с этим союзом, но ведь мне теперь не дадут работать. Даже анонимно.
Я понял, что речь идет не о высоких материях, а элементарно о куске хлеба. Мысль о материальной поддержке Галича появилась сама собой. В то же время высказать ее казалось чуть ли не панибратством. И потом, я ни минуты не сомневался, что Галича не оставят в беде близкие друзья.
По прилете в Сангары вечером у меня собралась наша компания. Я рассказал ребятам о своей идее якутской стипендии для Галича. Поддержка была самой горячей. Меня заверили, что участие в этом деле примут и друзья в Айхале, Якутске, Мирном.
Однако вскоре на последней странице «Известий» мы прочли маленькую заметку. В ней говорилось о начале съемок двухсерийного художественного фильма «Шаляпин» народным артистом СССР, Героем Социалистического Труда, лауреатом всевозможных премий режиссером Марком Донским по сценарию Александра Галича. Нашей радости не было предела — у Александра Аркадьевича есть работа!
В августе я был в Москве в командировке, пришел к Галичам и стал поздравлять Александра Аркадьевича с началом съемок вышеупомянутого фильма Марком Донским.
— Володя, «Марк Донской» произносить в нашем доме запрещается. Табу, — заявила мне Ангелина Николаевна.
Когда она ушла к себе, я спросил у Александра Аркадьевича, что произошло.
— А ничего не произошло и не произойдет. Одна морока.
— Так что, фильма не будет?
— Не будет.
И Галич рассказал мне, что Марк Донской сначала предложил себя в соавторы (и Галич согласился), затем вообще объявил автором себя (Галич и на это согласился), затем долго морочил Александру Аркадьевичу голову какими-то условиями и оговорками, а вскоре и вовсе ушел от постановки фильма.
Я, набравшись смелости, спросил:
— Александр Аркадьевич, а как вы отнесетесь к тому, что мы учредим вам Якутскую стипендию? Мы с ребятами не раз об этом говорили.
Галич помолчал. Прошелся по комнате. Глаза грустнющие!.. Сказал негромко:
— Ну что ж, Володенька, дела у меня хреноватые. Выпендриваться не буду…
В прошлом начальник Айхальской геологоразведочной партии Алексей Иванович Гловяк, отработав на Севере 22 года к этому времени, жил и работал в подмосковном городе Щелкове. Алексей Иванович и его жена Кира Витальевна очень любили песни Галича. Я попросил Гловяка стать не только одним из учредителей Якутской стипендии, но и на первых порах курьером — ведь систематически высылать деньги почтой по адресу Галича было небезопасно. У Алексея Ивановича была машина, и он мог завозить раз в месяц стипендию Галичу. Конечно же, Алексей Иванович согласился. Мы с ним составили «скользящий» график участников стипендии. Получилось по восемь человек в месяц. Размер стипендии определили в 200 рублей. В это время в Москве в командировках находились еще два наших «якутянина». Мы не откладывая собрали первую стипендию, и я с товарищем зашел к Галичу.
...Якутская стипендия просуществовала около года.
За это время Галича посещало семь «курьеров». Дело в том, что одному и тому же человеку регулярно появляться у Галича было тоже опасно. Один из наших последних «курьеров», главный инженер мастерской «Моспроекта» Юрий Федорович Шинкевич, рассказал мне как-то, что осенью 1973 года в подъезде Галича к нему довольно плотно привязался рослый дядя и стал выяснять, к кому Юра направляется.
Назову еще несколько имен учредителей и «курьеров» Якутской стипендии. Владимир Михайлович Дынин — в 1972—1973 годах он был председателем «Якутгосстроя». Его уже нет в живых. Исай Гомерштадт — главный инженер института «Якутгражданпроект». Анатолий Иванович Часов — тогда руководитель проектного отдела «Ай-халэнергопромстроя». Я назвал только тех, до кого дозвонился, от кого получил разрешение на это. Среди учредителей и «курьеров» были и другие люди — врачи, инженеры, рабочие.
Снова я увидел Галича летом 1973 года, прилетев в Москву в отпуск. Когда я пришел к нему, он был один. Часа через полтора пришла Ангелина Николаевна и, рассказывая Александру Аркадьевичу, где и у кого была, расплакалась:
— Саша! Что это За люди! Ну ни капли совести, здравого смысла! Говорят, чего же вам горевать, если Сахаров дает Галичу валюту? Откуда у Андрея Дмитриевича валюта? Идиоты!
Галич сказал:
— Это хорошо. Что же ты расстроилась? Сейчас пойдем в «Березку»!
Но я видел, что смеяться ему не хотелось.
...Галич говорил мне неоднократно, что его «выпихивают» за границу. Вызывают, нажимают, убеждают, угрожают...
Однажды он с горечью сказал:
— Я бы, конечно, там вполне безбедно жил. Меня там печатают, издают. Я знаю литературный английский, мог бы заниматься преподавательской работой, переводами. Но зачем мне все это! Я хочу жить и умереть дома.
В тот раз я уезжал из Москвы, не зная, что больше никогда не увижу Галича.
Владимир ЯМПОЛЬСКИЙ
Журнал Столица номер 4 за 1992 год.

Владимир Ямпольский (1937—1991) — московский архитектор-строитель. Воспоминания о знакомстве с А.Галичем написаны им для готовящейся к печати издательством «Прогресс» книги «ЗАКЛИНАНИЕ ДОБРА И ЗЛА. Александр Галич. Его творчество, жизнь и судьба в рассказах и воспоминаниях современников; документы, а также стихи и истории, которые сочинил он сам».
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите его и нажимите Ctrl+Enter
Больше по темам: Александр Галич
Добавить комментарий
  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent
Или водите через социальные сети
Михаил Светлов - Она была первой
Опрос
На каких носителях вы чаще слушаете музыку?
Реклама
купить сигары
Афиша
В Калининграде 12 ноября 2016 года "Матросский концерт"
Съемки фильма-концерта "Ночное такси. Новое и лучшее" 29 августа 2016 года. Часть 3
Михаил Бурляш дал первый концерт в Москве
В Калининграде прошел «Матросский концерт»
Съемки фильма-концерта "Ночное такси. Новое и лучшее" 29 августа 2016 года. Часть 2
Лучшее за месяц
Видео шансон
«Тум-балалайка» шагает по планете…
Кеша Гомельский записал песню памяти Вячеслава Стрелковского
Михаил Бурляш выпустил новый видеоклип
Ольга Роса - Газель
Жека (Евгений Григорьев) - Венеция