В Кейптаунском порту с пробоиной в борту
«Жаннета» оправляла такелаж.
Но прежде, чем уйти в далёкие пути,
На берег был отпущен экипаж.

Идут, сутулятся, вливаясь в улицу,
И клёши новые ласкают бриз.

Идут они туда, где можно без труда
Достать себе и женщин и вина.

Где всё повенчано с вином и женщиной,
Где ласки нежные волнуют кровь.

А ночью в тот порт ворвался теплоход,
Залитый серебром прожекторов.
И вскоре чуть рассвет
Вошли в таверну «Кэт» 14 французских морячков.

- Бонжур, красавица, нам очень нравится,
Во имя Франции объявим клёв.

Один гигант француз по имени Бемуз
Хотел уж было склянки отбивать.

Но спор в Кейптауне решает браунинг
И с штофом грохнулся гигант француз.

И кортики достав, забыв морской устав,
Они дрались, как тысяча чертей.

Все ленты сорваны, тельняшки порваны,
А клёши новые, как с ковырей.

И больше не взойдут на каменный редут
14 французских моряков.
Уйдут суда без них безмолвных и чужих,
Не будет их манить свет маяков.