На Молдаванке музыка играет,
А Сонька-лярва пьяная лежит.
Какой-то штырь ей водки наливает
И на такой мотив ей говорит:

"Я не могу тебя любимой называть,-
Прочитаны страницы жуткой сказки,
Как часто я смотрел в твои глаза,
В которых море лжи и бездна ласки.

Я не могу тебе простить и позабыть
Твоих измен в чужих постелях с кем попало.
Я поздно понял: ты другой не можешь быть,
Что ты под старость мою душу обокрала.

Ты этой ночью в черной "Волге" унеслась,
Но не в такси - а в той, что с номерами с нулями.
Тебе давно уж безразлично, где упасть,
Как безразлично все, что было между нами.

А накануне ты спала с ментом,-
С одним из тех, что охраняют зоны.
И твои мысли были не о том,
Что ты презрела совести законы.

Воров "в законе" в наше время нет давно,
Да и с вендеттой мы знакомы по наслышке,
Но я клянусь, что если б было мне дано,-
Приговорил тебя без жалости б я к вышке!"