Известный шансон-исполнитель Сергей Кама, не так давно выпустивший один из самых впечатляющих задушевных альбомов "Десяточка", о котором недавно рассказал сайт Blatata.Com, предсказал вступление Украины в блок НАТО ещё в 2000 году. Рассказывает Сергей Кама: "На днях я смотрел новости с Украины, в частности о событиях в Крыму. И вдруг меня как бы осенило, (понятно, что эта история с пикетами в Феодосии, с проволочками в Верховной Раде Украины по поводу принятия решения в связи со вступлением Украины в Североатлантический Блок НАТО уже длится только в последней, самой горячей стадии наверно пару тройку недель),- а ведь я когда-то уже думал об этом, что-то слишком знакомая ситуация всплывала из памяти.

«Но мой плот, сбитый из песен и слов, всем моим бедам назло, в общем, не так уж плох». Эти слова поэта и музыканта Юрия Лозы давно стали классикой жанра. Юрия Лозу отличает, прежде всего, удивительная работоспособность и обаяние, а песни его исполнены душевности и человечности. Лоза, как и большинство артистов, редко бывает дома, кочуя по стране. Полжизни – в воздухе и на колесах. «Я прилечу часов на сто», – поет он своей жене. А дальше снова – самолет, поезд, машина... Родившийся под знаком Водолея Юрий любит глубоко вникать во все. В музыку, политику, экономику (получил второе высшее экономическое образование), строительное дело, футбол, дизайн...

- Женя, расскажи, как ты себе представляешь сегодня жанр русский шансон ? Твой взгляд изнутри.
- Русский шансон в моём представлении это гремучая смесь самых разнообразных музыкальных направлений. Я читаю иногда различную литературу по этому вопросу и могу сказать, что я больше согласен с мнением, что песни русского шансона, это песни, которые выпочковались из слияния стилей. Это и городской романс, блатная, и лагерная лирика, цыганские и эстрадные песни тоже не надо забывать. Что интересно лично для меня, например, в шансоне, это то, что в отличие от тех же рока и попсы, может использовать любую аранжировку, не входя в какие-то принятые узкие форматные рамки. То есть, любую форму обрамления текстового материала.

На днях раздался звонок, и хрипловатый голос в трубке произнес: "Это Володя Петров вас беспокоит. Помните такого? Три года назад вы ко мне в колонию приезжали, а потом в "Труде" появилась обо мне статья "Я на пристань счастья не попал". Я сейчас в Москве, освободился, есть что рассказать... "

Однажды Андрей Литягин записал в домашней студии инструментальную фонограмму, единственным минусом которой было... отсутствие вокала, способного преобразить фонограмму в некий «лакомый кусочек». Так появилась музыка, которая, в свою очередь, «родила» группу «Мираж»... Кстати о названии... «Мираж» — природный феномен, позволяющий близко увидеть то, что далеко»,— так объясняли создатели группы. Но феномен в данном случае оказался другим. Ажиотаж, поднятый вокруг группы, привел к тому, что при росте популярности полностью отсутствовала информация в прессе. Этим не преминули воспользоваться разного рода дельцы — и на чужом успехе, как на дрожжах, возникло множество двойников, которые использовали оригинальную запись «Звезды нас ждут» и, выступая, именовали себя «Миражем».

После публикации в «Комсомольской правде» (21 апреля с. г.) статьи о решении советской рок-группы «Пилигрим» попросить «политическое убежище» в Италии я живу бурной жизнью. У меня ежедневно требуют опровержения. Первый «кавалерийский» наскок совершила советская гражданка Земфира Григуол, сопровождавшая в Италии группу «Пилигрим». Позвонив мне по телефону, она заявила, что я оболгал ее перед всей итальянской общественностью и поставил в неудобное положение перед родственниками в Советском Союзе.

Его взлет внешне был стремительным: участие в популярнейших телепрограммах, ревущие от восторга концертные залы и стадионы. Но почти никто не догадывается о долгих, очень долгих годах вынужденного безмолвия, об отчаянии, которое уже почти было взяло верх, о решении навсегда отказаться от сцены, на которую ему упорно не давали выйти со своими песнями. Шел очередной выпуск передачи «До и после полуночи». Неожиданно на экране возник незнакомый певец — за его спиной рушились церкви, горела земля, а он задумчиво и скорбно ронял слова, которые в тот момент еще казались немыслимыми в официальном эфире: Листая старую тетрадь Расстрелянного генерала, Я тщетно силился понять, Как ты смогла себя отдать На растерзание вандалам! Это был эффект «разорвавшейся бомбы». Многим тогда показалось, что прозвучали неопубликованные строфы ахматовского «Реквиема», тем более, что следом шел сюжет об Анне Ахматовой. Но нет, тут чувствовалось мужское письмо.

Стремительный взлет Виктора Зинчука был, пожалуй, стремительней любого другого в этом музыкальном году. В эти предновогодние дни он и его группа ходят в именинниках, ведь хит-парады показывают, что Зинчук сегодня — самый популярный гитарист Москвы. Солидная «школа» (группы Юрия Антонова и «Арсенал») плюс почти неправдоподобная духовность его рока — вот что выделяет звезду Зинчука на довольно пестром рок-небосклоне страны. Вряд ли кто год назад мог предсказать, что в 1988 году будет такой большой спрос на рок в духе Баха и Вивальди.

Цыганка Рая Удовикова. Это наши золотые шестидесятые... Ее пластинки сегодня – подлинный раритет. Ее талант – уникальный и удивительный самородок. Легенды, окружающие ее имя – всего лишь жалкие отголоски реальных событий, происходящих в ее жизни. Рая уехала из Советского Союза в 1966-м, выйдя замуж за норвежского журналиста. Долгое время после отъезда Раи за границу по Москве ползали разные нелицеприятные слухи. Одни говорили, что норвежский муж купил Рае маленькое кафе, где она танцевала раздетая на столе. Другие утверждали, что сама актриса держит пару кабаков в Париже и выпустила там добрый десяток пластинок ”Поет мадам Рая”.

В классификации русского шансона имеет место быть раздел «военный шансон». Так уж испокон веков на Руси повелось, что за волю воевать нужно и вольной песне никак не можно без военной тематики. Поэтому образ мужчины-воина так любим, так популярен в нашей стране. Сразу проведем грань между собственно военной песней и песней «служивой». Военная песня более серьезна, глубока, потому что она несет тему войны, где стираются многие грани: между жизнью и смертью, добром и злом, верой и безбожием.

За десятки лет русские американцы привыкли, что кого-бы не представлял импрессарио Виктор Шульман, это будет встреча с настоящим искусством: профессиональным и зрелищным. Его имя над любой афишей - гарантия успеха гастролей, знак качества.
Виктор Шульман - легенда русской Америки. Именно он организовал первые американские гастроли Владимира Высоцкого, именно он привозил сюда Булата Окуджаву, Евгения Леонова, Юрия Никулина, Михаила Танича.
Виктор Шульман представлял Америке Иосифа Кобзона, Муслима Магомаева, Аллу Пугачеву, Александра Розенбаума, Вахтанга Кикабидзе, Михаила Жванецкого, Романа Карцева, Евгения Евтушенко, Эльдара Рязанова, Дмитрия Хворостовского, Филиппа Киркорова и многих-многих других. Список можно продлевать бесконечно и всё это будут имена широко известные и любимые публикой.
Сам же Шульман всегда скромно остается в стороне. Сегодня мы исправим эту оплошность. Итак, на сцене - Виктор Шульман с короткими мнонологами о себе.

«И ни сколько мы с тобой не постарели, Только волосы немного побелели, Отшумят и отпоют свое метели, Снова будет, будет звон капели…» «Ностальгия» Цыганская песня Судьба этого артиста закручена похлеще иного детектива. Я вспоминаю далекий теперь 1988 год, когда Борис Рубашкин первым из запрещенных певцов приехал с гастролями в Москву. Столпотворение у Театра Эстрады на Берсеневской набережной, тысячи людей в очереди за билетом, но при этом все как-то предпразднично возбуждены, нет ни криков, ни ругани и это, не смотря на зимние холода. Я простоял в стройных рядах его поклонников часов восемь и попал на концерт.

Иногда я задавал себе вопрос: «А зачем таким людям как Дина Верни было петь махровый блатняк?» Ответ оказался на поверхности: она просто не воспринимала эти песни в таком контексте. И для нее и для Славы Вольного и для многих других это было формой борьбы с режимом. В 70-е вообще было много подобных проектов на Западе, но большая часть из них искусством не считается, а является именно «листовками» для населения страны Советов. Про «Песни самиздата Советской России» Бикеля я уже говорил.

Я долго не знал, с чего начать, но вот в доме опять включили «ящик для идиота», как однажды назвал Высоцкий телевизор, и я услышал все те же самые «хиты», нехитрый подбор которых каждодневно крутит телеканал «Мир». По иронии судьбы поделки эти интересны тому пролетарскому большинству, которое было лишено Советской властью своей собственной пролетарской культуры, частью которой был городской романс. «На окраине, где-то в городе, я в рабочей семье родилась» — пелось в старинной песенке «Кирпичики».

Певец Григорий Лепс, исполнитель шансона, уже 10 лет на Московской эстраде. Хотя музыкальное училище в Сочи Григорий заканчивал по классу ударных. Пел в ресторанах, зарабатывая себе на жизнь приятным голосом с надрывом, пока не нашлись люди, услышавшие его и занявшиеся раскруткой молодого исполнителя. - Григорий, скажите, кому вы обязаны своим становлением? - В какой-то степени прекрасному певцу Михаилу Шуфутинскому, который является для нас, исполнителей, целой эпохой.

Предлагаю отдохнуть и расслабиться, дело в том, что жанр наш любимый окружают всякого рода байки и анекдоты, ну, соответственно, что и легенды, вот об это и поговорим. Точнее будет, что я вам их расскажу, некоторые, по мере возможностей, прокомментирую, если оно того потребую. Не буду выстраивать какую-то хронологическую линию, тут, как с рассказом анекдотов – сперва не знаешь, как начать, а потом один цепляется за другим и родятся на свет, повинуясь какой-то своей, известной только им, логике. Итак, первую байку я услышал году в 1989, когда впервые услышал и про самого Северного Аркадия…

Париж... Франция... Говоря словами Пелевина, многие из нас имеют свою "внутреннюю Францию". Бон жур, де жа вю, авантюра, шерше ля фам, шансон, парфюм, шарман – кажется, что самое изысканное и романтичное, что только есть на свете, рождено во Франции. Недаром эта страна стала второй родиной русской белой эмиграции. Хотелось и мне своими легкими вдохнуть этот воздух. Воздух именно такого Парижа: из хороших книг, кино, старых добрых пластинок... Для этого туристических проспектов казалось явно недостаточно – хотелось окунуться в самою атмосферу жизни, познакомиться с людьми. Как у классика: в Париж, к цыганам!..

«Но никогда и никто не узнает, Где похоронен этот беглец…» Лагерный фольклор Когда я готовил программу «Три аккорда» на Радио Шансон, посвященную этому диску, то назвал ее «Слава Вольный – Миф шансона по-русски». Вот, что я там рассказал. «До недавнего времени отсутствовала практически любая достоверная информация об этом исполнителе. Ходили и продолжают циркулировать самые нелепые слухи. Один из которых гласит, что Слава Вольный – это псевдоним, а настоящее имя певца Аркадий Розов, он же брат известной в прошлом звезды советской эстрады, а позднее ресторанов Брайтона, певицы Майи Розовой. Тот же источник во всемирной паутине «заканчивает жизнь» Вольного фразой: «по некоторым данным убит в ресторанной перестрелке».

Я очень, очень, очень Сексуально озабочен. Не до песен мне теперь,не до стихов. Нет мочи, мочи, мочи. Просыпаюсь среди ночи И не сплю уже до первых петухов. Многим знакомы эти строки. Но, как всегда, никто не знает автора. Еще бы. Авторы таких стихов в 70-е годы фамилий своих не афишировали. Не то что сейчас, когда даже М. Танич занялся сочинением блатных песен. Тем не менее автор этих строк фамилии своей никогда не скрывал. Так и пел в одной из песен: «Я иду от Нади длинным, длинным переулком. И зовусь я Игорем, и даже Эренбургом...»