http://www.blatata.com/ ru Blatata.Com http://www.blatata.com/yandexlogo.gif http://www.blatata.com/ DataLife Engine http://www.blatata.com/book/6177-marina-moskvina-radio-moskvina.html «Не важно, для мига или для вечности, при каждом удобном случае, я включала диктофон и получала уникальные аудиоснимки…» - пишет Марина Москвина в книге, о которой мы вам расскажем в рамках акции «Читают все!». Книги для всех Victor Wed, 09 Jul 2008 16:50:04 +0400 «Не важно, для мига или для вечности, при каждом удобном случае, я включала диктофон и получала уникальные аудиоснимки…» - пишет Марина Москвина в книге, о которой мы вам расскажем в рамках акции «Читают все!». Честно говоря, не слышала о таком понятии как «аудиоснимок». Термин, как я выяснила, порывшись в Интернете, скорее технический. У Москвиной чуть-чуть по-другому… На ее магнитофонных пленках сохранились, подобно фото в семейных альбомах, звуковые портреты людей замечательных, исключительных и всеми любимыми. Это снимки и для подготовки радиопередачи «В компании с Мариной Москвиной», очень популярной в девяностые годы, и для тележурнала «Будильник», и просто зафиксированные диктофонной вечностью или обычной памятью диалоги. Юрий Никулин и Юрий Коваль, Дина Рубина и Рина Зеленая, Лев Кассиль и Валерий Медведев – все кто составлял и составляет красу и гордость нашего Отечества. Это не расшифрованные пленки, это рассказ о том, что было тогда, когда пленки крутились. И никакого пафоса, книга очень получилась смешной. Даже если учесть, что отечество не всегда было ласково к вышеперечисленным героям – Москвина и теперь не готова этого простить, несмотря на ее любовь ко всему человечеству. Что касается любви, то так радоваться жизни, близким и работе дано не каждому, и не каждый может этому научиться. Где этому училась Москвина? На радио - «Эфир открывает бездну возможностей. Я хотела бы танцевать по радио. Петь, смеяться, молчать. Мне хочется по радио поцеловать мир…». Искусству быть счастливой автор учила у родителей, у сына, у друзей, у героев своих передач, у мужа. Кстати, обычно муж, художник Леонид Тишков, иллюстрирует ее произведения. На этот раз Москвина рисовала сама. Может быть потому, что книга, несмотря на огромное количество героев, получилось очень личной. «Все перемешалось в моей жизни, а узор выходит красивый….» - улыбается Марина Москвина.Дина Ильина http://www.blatata.com/book/6132-denis-gucko-pokemonov-den.html Главная повесть сборника, по которой названа и вся книга, начинается весьма мелодраматично. Не слишком амбициозному пиар-менеджеру сообщают о том, что его отец при смерти. Строго говоря, Алексей, так зовут нашего героя, своего отца давно не видел – он ушел из семьи много лет назад. Книги для всех Victor Thu, 26 Jun 2008 13:45:21 +0400 Главная повесть сборника, по которой названа и вся книга, начинается весьма мелодраматично. Не слишком амбициозному пиар-менеджеру сообщают о том, что его отец при смерти. Строго говоря, Алексей, так зовут нашего героя, своего отца давно не видел – он ушел из семьи много лет назад. Но долг заставляет его ехать в другой город, чтобы услышать последнее отцовское «прости». Так и рисуются дальнейшие сцены – слезы у постели, осознание смысла жизни и тому подобное. Но Алексей не успевает доехать до вокзала. Его жестоко избивают, заставляют кричать: «Я покемон». Все ради того, чтобы сцену унижения увидела незнакомая девушка, которую саму когда-то унизили. Причем девушке легче от этого не становится, а наш герой теперь вынужден жить с этим воспоминанием. «Отомстить кому-нибудь. Разыскать их всех и убить. А то — отомстить первым встречным, случайным людям. Да, продлить цепочку. Или того верней — отомстить тому, кому наверняка получится отомстить…» Герой мечтает о лоботомии, чтобы хирурги удалили ту часть мозга, что отвечает за память унижения. Эти жуткие мечты словно накликали страшную болезнь – врачи обнаружили опухоль мозга, операция неизбежна и а с ней и амнезия.В этой повести есть рассказ – мини-роман, написанный самим героем. О мужчине, страстно мечтающем о сыне, придумавшем сына и не сумевшем полюбить сына реального. «Финалов сразу несколько, я так и не выбрал» - признается Алексей. Денис Гуцко, в свою очередь, предлагает читателям выбрать финал в истории Алексеем, когда тот бежит за машиной, в которой уезжает любимая женщина… И гадает читатель – забудет герой унижение или останется Покемоном, догонит любимую или нет, сможет жить как раньше?В этом сборнике мне особенно понравился рассказ «Ева не нужна». Героиня, с редким именем Рута, бывшая детдомовка, работает в банке, живет в захолустной общаге. Ее напарницей становится Ева, веселая и говорливая девушка. «Без спросу сразу на «ты», навязывается в подруги, однажды явилась с букетом кленовых листьев, влюблена в того, кто ее не любит и вообще, не от мира сего. Ева росла по мнению Руты «в райских садах». За эти сады Рута Еву ненавидит, мечтает от нее избавиться и тайно за ней следит. И вот мечта сбывается – ненавистная напарница попадает под сокращение. «Все встало на свои места. Ева никому не нужна. Снова будет работа — много работы, которая приносит покой». Для себя Рута не допускает возможности жить иначе, хотя ей немного грустно. Видимо не осознает – что-то важное прошло мимо.Дина Ильина http://www.blatata.com/book/6126-aleksandr-ilichevskijj-penie-izvestnjaka.html Эта книга почти карманного формата – фирменный стиль издательства «Время». Но когда вы перевернете последнюю страницу, вам покажется, будто вы дочитали огромный том. Потому процесс чтения будет чрезвычайно медленным – пропустили одно слово, потеряли нить сюжета. А терять эту нить вам не захочется. Вот такой волшебной силой обладают книги Иличевского, автора уже увенчанного многими литературными лаврами. Книги для всех Victor Tue, 24 Jun 2008 13:48:38 +0400 Эта книга почти карманного формата – фирменный стиль издательства «Время». Но когда вы перевернете последнюю страницу, вам покажется, будто вы дочитали огромный том. Потому процесс чтения будет чрезвычайно медленным – пропустили одно слово, потеряли нить сюжета. А терять эту нить вам не захочется. Вот такой волшебной силой обладают книги Иличевского, автора уже увенчанного многими литературными лаврами.Такую прозу можно обозначить словами из рассказа «Штурм» - «чудесное пение горячей речи. Судите сами. «Теплая, просвечивающая до косточки алыча, плывшая в пальцах девочки луной, растаяла во рту…». Но это словесное кружево плетется над жесткой реальностью, так что не стоит заранее упрекать автора в погоне за изысками, хотя изысков и в самом деле предостаточно, но это не вызывает отторжение.Та чудная фраза про «алычу-луну» соседствует, в общем-то, со страшной действительностью – старик сожительствует со слепой соседской девочкой. В рассказе «Воробей», где «закатные облака похожи на рудные барханы», свирепствует страшный голод, а облака напоминают еще и рыбную мякоть. В «Исчислимом" где соцветия осоки видятся «тугими гаванскими сигарами», мальчишки мертвую женскую голову. Настоящую, не кукольную. И автор вкладывает в мальчишеские уста: "Считайте, что это — обломок статуи, которая может видеть". Даже в рассказе «Горло Ушулука», где герой на берегу Каспия встречает своего двойника (то ли сходит с ума, то ли попадает в параллельный мир), сцена гибели второго «я» заплетается словесным кружевом. Двойник «прозрачно погружается в отражение облаков». Впрочем, есть в этом сборнике повесть, где изысков вы не найдете – «Бутылка, повесть о стекле». Герой, в прошлом профессор-математик, прогорел на челночных операциях и опустился на самое, что ни на есть, дно. Случайный разговор с незнакомцами (никогда не разговаривайте с незнакомцами!), бутылка, которая упорно не желает открываться и вот жизнь математика круто меняется. Его тайно вывозят за границу, где он должен выполнять сомнительные поручения и в конце концов разгадывает одну из тайн Второй мировой войны. Нет в его речи, а повествование ведется от первого лица, красивых слов. Только вздох: «А все-таки отлично у нас пробки в бутылки загоняют: иной раз намертво - не вынуть никак, хоть ты разбейся». Зато потом выясняется, что математик пишет стихи, где «за пригорком в серебре, клинком при шаге блещет бухта». Так что и здесь без изысков, в общем-то, не обошлось. Кстати, сам Иличевский по образованию математик, успешный представитель славного союза физиков и лириков.Дина Ильина http://www.blatata.com/book/6124-ijen-makjujen-iskuplenie.html Несколько месяцев назад еженедельник The Observer опубликовал рейтинг лучших романов, написанных в Великобритании, Ирландии и Британском содружестве с 1980 по 2005 год. Этот роман занял третье место в списке. Книги для всех Victor Mon, 23 Jun 2008 10:01:59 +0400 Несколько месяцев назад еженедельник The Observer опубликовал рейтинг лучших романов, написанных в Великобритании, Ирландии и Британском содружестве с 1980 по 2005 год. Этот роман занял третье место в списке.Тринадцатилетняя Брайони обладает пылким воображением, однозначной неиспорченной нравственностью и блаженным отсутствием жизненного опыта, позволяющим легко и без угрызений совести чувствовать себя правой. Став в один вечер случайной свидетельницей сначала любовной сцены, а потом – последствий изнасилования, она свидетельствует против невинного человека. Человек попадает в тюрьму, а затем – на фронт (дело происходит в предвоенной Англии). Разрушена жизнь этого человека, разрушена жизнь его возлюбленной, сестры Брайони, жизнь же самой Брайони приобретает некий вектор искупления – все свои восемьдесят с лишним лет она идет к другому, счастливому финалу, пытается раскрутить запущенный ею самой маховик в другую сторону.Дина Ильина http://www.blatata.com/book/6100-andrejj-kolesnikov-putin-stolko-raz-vodil-za-nos.html Издательство «Эксмо» совместно с ИД «КоммерсантЪ» представляют новую провокационную книгу от автора «Я Путина видел» и «Увидеть Путина и умереть» Андрея Колесникова – «Раздвоение ВВП: как Путин Медведева выбрал». Эта книга открывает новый совместный проект издательства «ЭКСМО» и ИД «КоммерсантЪ» — серию изданий «Библиотека КоммерсантЪ». Книги для всех Victor Thu, 19 Jun 2008 21:50:56 +0400 Издательство «Эксмо» совместно с ИД «КоммерсантЪ» представляют новую провокационную книгу от автора «Я Путина видел» и «Увидеть Путина и умереть» Андрея Колесникова – «Раздвоение ВВП: как Путин Медведева выбрал». Эта книга открывает новый совместный проект издательства «ЭКСМО» и ИД «КоммерсантЪ» — серию изданий «Библиотека КоммерсантЪ». - Андрей, читателям вы известны в разных ипостасях, но прежде всего как журналист президентского пула и автор книг о Путине – «Я Путина видел», «Меня Путин видел», «Увидеть Путина и умереть» (не говоря уже о книге «Разговор от первого лица», над которой вы работали вместе с коллегами). Сейчас выходит ваша книга о Дмитрии Медведеве. Почему вы переключили внимание на избранного президента и как «увидели Медведева»? То, что я Путина видел, не говорит о том, что я не видел никого и ничего, кроме него. Медведев то удалялся, казалось, от Путина, то приближался к нему совсем близко. Глава президентской администрации – человек, который должен быть очень близко к Путину. Он берет на себя огромную черновую работу, а о ней вообще никому никогда не расскажешь ни в каких мемуарах. Потом он вроде как удалялся – в правительство. Но, как я сейчас понимаю, на самом деле Путин пробовал его в разных ипостасях, давал ему возможность проявить себя и давал себе возможность посмотреть на то, как он себя проявит. В конце концов – где-то, наверно, за полгода до официального объявления преемника, – он убедился, что то, как Медведев себя проявляет, его, Путина, устраивает. В тот момент я заметил, понял, что доля Медведева в удельном весе Путина очень сильно возросла. Мне сейчас кажется, что тогда какие-то внутренние признаки должны были подсказать, что вот все – он решил. Но ведь Путин столько раз водил за нос журналистов, политологов… Да и министров, и сотрудников своей администрации – то есть тех, ради кого он вообще-то долгое время водил за нос всех остальных. Но он и этих людей тоже водил за нос. Так что тогда я не решился сделать вывод о том, что Медведев – преемник Путина, хотя в тот момент только эта тема и могла интересовать журналистов. Это была единственная неясность в Путине.- А зачем он всех водил за нос?– По привычке. И по внутренним ощущениям, приобретенным еще, я думаю, когда он работал в КГБ. Скорее всего, он считает, что результатов можно добиваться только в условиях глубокой конспирации. Он же отвечал за работу с нелегалами в Германии – это очень серьезная работа. Более глубоко законспирированных сотрудников этого ведомства там, наверное, и быть не может. Видимо, еще с тех времен у него сформировалась мысль о том, что только так можно обеспечить высокий КПД и своей деятельности, и тех, кого он конспирирует, и, как в нашем случае – целой страны. Так что к тому моменту, когда Путин объявил, что Медведев стал преемником, оказалось, что про Медведева я пишу уже не меньше, чем про Путина. - То есть это получилось как бы само по себе?– Скорее, это было очень естественно. Почти неизбежно. Медведев – человек очень интересный сам по себе. Он в чем-то похож на Путина – точно так же, например, не спешит раскрыться перед журналистами – а в чем-то и не похож, причем не похож принципиально. Это было всегда интересно, а сейчас стало еще интереснее. Когда же Путин объявил что вот он – преемник, вся эта мозаика встала на свое место. Путь Медведева к высшему государственному посту стал для меня таким… совершенно отчетливым. И можно было только за голову хвататься – как же можно было этого не замечать раньше? Сразу всплыли слова Путина о том, каким должен быть преемник – так это же он именно про Медведева говорил! Ни про кого другого он такими словами сказать не мог. Ну нет другого такого человека. Но это стало ясно тогда только, когда он произнес эти слова.- Первая глава вашей книги как раз начинается с этого разговора. Возвращаясь к его окончанию, не могу не спросить: ну что, понравился?- … Очень сложный вопрос. На него я сейчас ничего не отвечу. Вот встретимся года через четыре – тогда и посмотрим. Вот тогда можно будет сказать, понравился или не понравился. Я вообще от таких категорий в работе с Путиным старался уходить – в этом вообще весь смысл моей работы. Должна быть предельная отстраненность от человека, о котором ты пишешь – вообще ничего личного.- Насколько это тяжело осуществить?– Это очень тяжело. Все же происходит незаметно – ты вроде держишь себя в руках, критикуешь, тебе ничего не нравится, а потом вдруг замечаешь, что все не так уж и плохо, и что на самом деле он все правильно делает. Господи, да если разобраться, он и ошибок-то никаких не совершает… вот бы и дальше так было! Но это очень опасное ощущение, и с ним надо бороться – я и боролся все время. И продолжаю бороться. Из-за этого в моих репортажах даже проскакивает слишком критическое отношение к персонажу. Потом даже думаешь – может, он и не заслужил всего этого. Но такой перебор происходит как раз из-за боязни ответить на подобный вопрос уверенно и с удовольствием: да, понравился. Очень!- Зачем нужно такое отстранение, такой жесткий самоконтроль?– Я же работаю не в Кремле, не при дворе, а в газете «Коммерсант». Я должен ездить в Кремль за своими заметками, за своими новостями. На первый взгляд может показаться, что я просто фиксирую все, что вижу, но это не так. Во-первых, я пишу далеко не обо всем, что я вижу и знаю, и не потому, что я о чем-то не хочу, не могу или не имею права писать. Я не пишу о чем-то потому, что для конкретного репортажа это «что-то» не нужно. Идет внутренний, очень жесткий отбор фактов.- То есть мы говорим о какой-то самоцензуре?– Нет, я говорю о технологии. Если бы я отбирал материал, руководствуясь какими-то цензурными соображениями, я не был бы журналистом – мне было бы неинтересно этим заниматься. Не было бы куража. А его отсутствие тут же бросается в глаза. Я это прекрасно вижу по своим заметкам – как только я от чего-то сильно устаю, сразу видно, что пишу через силу. А уж если бы возникало ощущение недовольства от того, что на себя постоянно давишь, себя постоянно одергиваешь – а оно бы обязательно возникало – это тоже сразу бросалось бы в глаза. К счастью, повода для самоцензуры у меня никогда не было. Да и вообще, для меня это какая-то нереальная ситуация… Но должен повторить, что за кадром осталось много достаточно значимых, как мне кажется, событий, фактов, слов. Просто для них еще время не пришло. Но придет. Это все никуда не пропало, оно все у меня. - Чем ваша книга отличается от архивной подборки ваших статей? Любой сейчас в состоянии зайти на сайт ИД «КоммерсантЪ», найти там по ссылке все статьи Колесникова о Путине (возможно, появится подборка и статей о Медведеве). Человек заходит и просто пролистывает все материалы. И получает себе целостную и полную картину. – А что, и так хорошо (Смеется). Я думаю, так тоже можно. Законы, по которым пишется книга, похожи на те, по которым пишутся репортажи. Просто книга – это такой довольно большой репортаж. В книге должна быть драма иная, чем в репортаже.Мне кажется, что в этой книге есть такая драма. В ее основе – отношения двух этих людей. Очень сложные – их не раскрыть ни в одном репортаже. Хотя бы потому, что финал, развязка этой драмы еще не наступила. Это гораздо интересней, чем вся та журналистика, которой я занимался до сих пор в этих кремлевских коридорах.- Чего же тогда в книге больше – журналиста Колесникова, персонажа Дмитрия Медведева, или госаппарата во всех его проявлениях, всей этой кремлевской Византии?– Системы власти – того, как она устроена, как действует механизм принятия решений в Кремле вообще и в голове одного человека в частности. Как это работает в деталях, день за днем, в режиме ежедневного наблюдения. Причем иногда я приходил к выводам, неожиданным для меня самого. Вот книга начинается историей про ежеквартальный рейтинг политических событий начала 2004 года. Тогда я анализировал позиции, занятые тем или иным политическим событием, и написал о том, что придет время, когда Владимир Путин, назначенный своим преемником на ответственный участок работы, займет в таком же ежеквартальном отчете-рейтинге первое место. Вряд ли я в этот момент действительно пытался спрогнозировать эту ситуацию. Но почему-то же я это написал? А потому, что логика деталей привела к такому выводу, к прогнозу, который сбылся через 4 года. Это подтверждает, что наблюдения в моей книге – правильные. Значит, так оно все и было, и значит, так оно и будет. Но для того, чтобы окончательно понять, как оно будет, надо эти наблюдения продолжать, и я собираюсь этим заниматься и дальше.- А в каком качестве? Прейдете из президентского пула в премьерский?– Может быть, но все же не так просто. Вот книга называется «Раздвоение ВВП». Вот я наблюдал за одним «ВВП», а теперь их вроде бы двое. Говорят, за двумя зайцами погонишься – ни одного не поймаешь. Но очень хочется, ведь безумно интересно, что будет происходить не только с Путиным, но и с Медведевым тоже. Поэтому я думаю, что они оба будут в зоне моего внимания. Придется, видимо, разрываться. Как-то так.- Судьба Колесникова-журналиста вроде понятна. А судьба Колесникова-автора книг какой будет?– Я не знаю. Я хочу многое успеть сделать. Попробовать написать сценарий. Много чего хочется попробовать, но к полноценной художественной прозе я боюсь даже приближаться. По большому счету, мне кажется, все стоящие книжки уже давно написаны, а авторов, которые их написали, немного – человек двадцать всего в мировой литературе, а все остальное на их фоне выглядит просто жалко. У меня никакого желания выглядеть жалко даже в своих собственных глазах, а войти в эту двадцатку шансов нет никаких. Если бы я об этом не думал, было бы попроще. Но я об этом думал. И мне просто неловко пытаться написать роман, допустим.- Остается изобрести принципиально новую форму литературы.– Да. Это ход. Здесь, кстати, есть над чем подумать. Стоит, пожалуй, потрудиться над формой, которая может «подтянуть» совершенно новое содержание…. Все может быть. http://www.blatata.com/book/6065-tatjana-vedenskaja-sezon-okhoty-na-byvshego.html Психолог Ксения Брусничкина легко давала советы брошенным женам. То, что и в ее доме поселилось неблагополучие, не замечала. И известие о том, что ее муж, обеспечивавший легкое и безбедное существование, решил жениться на другой, прозвучало как гром с ясного неба. Книги для всех Victor Sat, 14 Jun 2008 15:33:29 +0400 Психолог Ксения Брусничкина легко давала советы брошенным женам. То, что и в ее доме поселилось неблагополучие, не замечала. И известие о том, что ее муж, обеспечивавший легкое и безбедное существование, решил жениться на другой, прозвучало как гром с ясного неба.Сначала Ксения ждала, что супруг передумает. Но когда получила по морде, в буквальном смысле, захандрила. Ничего хорошего уже не ждала, попивала, зарастала грязью. Строила планы о том, как расстроить свадьбу бывшего мужа. И тут появился новый кавалер, встряхнул, накормил и заставил заняться карьерой. Новый проект психолога Брусничкиной оказался успешным, появились деньги и независимость. Даже бывший муж прибежал и «попросился обратно».Сюжет банальный, напоминает голливудское кино. Но книга действительно получилась забавная…Дина Ильина http://www.blatata.com/book/6064-andrejj-posnjakov-razbojjnyjj-prikaz.html 1603 год — злое время для России. Бояре и богатые купцы прячут хлеб, чтобы вопреки воле царя Бориса продать его за границу. Один обоз с зерном из голодающей Москвы направляется в Швецию. Книги для всех Victor Fri, 13 Jun 2008 19:48:18 +0400 1603 год — злое время для России. Бояре и богатые купцы прячут хлеб, чтобы вопреки воле царя Бориса продать его за границу. Один обоз с зерном из голодающей Москвы направляется в Швецию. На его пути встает служилый человек, молодой Иванко из разбойного приказа, которому удается приобрести помощников среди жителей Тихвинского посада. Благодаря их вмешательству обоз остановлен, предатели выявлены и схвачены. Но с этого только начинается череда очень непростых событий…Эта книга написана в жанре исторического фэнтези. То есть такой период, как царствование Бориса Годунова, в отечественной истории действительно существовал. И он действительно продавал хлеб, хотя его так не хватало крестьянам, за границу. Но все остальное фантазия автора. Эта первая книга из серии «Отряд тайных дел»Дина Ильина http://www.blatata.com/book/5974-tatjana-garmash-roffe-ujjti-nelzja-ostatsja.html Главная героиня покинула Россию, едва окончив школу. С американской действительностью у Леры сложились хорошие отношения. Но настал момент, и ее потянуло на родину. И даже не на родину, а к русскому мужчине, с которым наша героиня познакомилась на отдыхе в Тунисе. Книги для всех Victor Wed, 11 Jun 2008 16:03:29 +0400 Главная героиня покинула Россию, едва окончив школу. С американской действительностью у Леры сложились хорошие отношения. Но настал момент, и ее потянуло на родину. И даже не на родину, а к русскому мужчине, с которым наша героиня познакомилась на отдыхе в Тунисе.Оказавшись в Москве, в городе своего детства, наша героиня решила встретиться с одноклассниками. Такая встреча состоялась, но после памятного вечера начинает происходить нечто страшное. Один за другим умирают от сердечного приступа ее бывшие школьные друзья. Впрочем, еще до встречи с одноклассниками были странные смерти. И лишь только Лера заметила странную закономерность – ее школьные приятели умирают в том порядке, в котором они сидели за партами. Расследование этих таинственных смертей занимается друг детства Леры – частный детектив Алексей Кирсанов.Детективный сюжет про одноклассников, встретившихся через много лет после окончания школы, сегодня в моде. Как правило, в ходе повествования вскрываются неприглядные тайны. Книга Татьяны Гармаш-Роффе не исключение. Необычно лишь то, что убийца как бы живет в Интернете. И чтобы найти его надо перечитать кучу блогов, провести виртуальное расследование. Дина Ильина http://www.blatata.com/book/5905-gerkhard-shreder-reshenija.-moja-zhizn-v-politike.html Эту книгу экс-канцлер Германии написал в сравнительно короткий срок – в течение года после того, как уступил свой пост Ангеле Меркель. В Москве мемуары Шредера прошли с помпой. Предисловие к книге было написано Дмитрием Медедевым, тогда вице-премьером, а ныне президентом российским. Книги для всех Victor Mon, 09 Jun 2008 13:43:56 +0400 Эту книгу экс-канцлер Германии написал в сравнительно короткий срок – в течение года после того, как уступил свой пост Ангеле Меркель. В Москве мемуары Шредера прошли с помпой. Предисловие к книге было написано Дмитрием Медведевым, тогда вице-премьером, а ныне президентом российским.Итак, федеральный канцлер… Из многодетной, по немецким меркам, семьи – у маленького Герхарда было четверо братьев и сестер. Две маленькие комнаты и кухня-столовая в бараке «куда сквозь стены проникает шум, примитивный клозет. Вечно кашляющий отчим - родной отец погиб на войне. Телевизор только в соседней деревне, точнее в закусочной, куда мальчик пробирался тайком, чтобы посмотреть футбольный матч. Типичное детство современного политика. Почему «сильные мира сего» так любят козырять обездоленным детством? Даже Билл Клинтон в своих мемуарах вспоминал об уличном сортире. Но вернемся к Шредеру, который в возрасте тинейджера понял - надо учиться и учиться хорошо. Чтобы «мир открылся» - так юный Герхард охарактеризовал свои чувства после получения аттестата.Как многие наши нынешние лидеры прошли через комсомол, так и Шредер свой путь к политическим вершинам начал с Союза молодых специалистов. Довольно успешно сочетая общественные нагрузки с работой, он из стажера адвоката дорос до совладельца адвокатской конторы. Ну, а потом он целиком и полностью отдался политике. И судя по всему ему милее не обладание властью, а предвыборная борьба за власть. Собственно говоря, вся эта борьба и стала смыслом жизни бывшего канцлера.Он боролся за то, чтобы не жить под диктовку США, точнее « не цепляться за подол американской внешней политики". Своих антипатий к Бушу Шредер не скрывал, что и, в итоге, стоило ему проигрыша на выборах. Он отстаивал свои симпатии к России, что также приблизило политическую кончину канцлера. Он боролся с собой, укрощая свои юношеские радикальные взгляды. Шредер требовал, чтобы журналисты не писали про его личную жизнь – любви со стороны СМИ такой запрет не прибавил. Даже в мемуарах экс-канцлер не стал рассказывать о своих трех разводах. Вот такой человечности, рассказов о близких, на мой взгляд, не хватило в книге. Для Йошки Фишера, политика с точки зрения россиян странноватого, нашлось больше слов, чем для Виктории и Грегора, приемных детей из России. В мемуарах маловато эмоций. Для любого немца, старше тридцати лет, ночь, когда рухнула Берлинская стена стала одной из самых памятных в жизни. Шредер же упоминает об этом вскользь, предпочитая рассказывать о последствиях падения занавеса. Ту, кому он проиграл, не называет по имени, только обозначает как «кандидатку в канцлеры». И как истинный политик, свой проигрыш собственно проигрышем не считает. Держит удар, гордясь тем, что именно его партия поставил на повестку дня «проект реформ, необходимых Германии». Дина Ильина http://www.blatata.com/book/5848-kejjt-foks-nabljudaja-za-anglichanami.-skrytye.html До сих мир в плену у стереотипа: "англичане - жуткие зануды". У них кошмарная кухня - пригорелая овсянка, сырые, с кровью, бифшетксы и резиновые, на вкус, пудинги. Кейт Фокс хоть и ломает стереотип, но все же посмеивается над соотечественниками и дает массу советов тому, кто решил подружиться с англичанином. Книги для всех Victor Sat, 07 Jun 2008 15:58:31 +0400 До сих мир в плену у стереотипа: "англичане - жуткие зануды". У них кошмарная кухня - пригорелая овсянка, сырые, с кровью, бифшетксы и резиновые, на вкус, пудинги. Кейт Фокс хоть и ломает стереотип, но все же посмеивается над соотечественниками и дает массу советов тому, кто решил подружиться с англичанином. Например, если с вами заговорили о погоде и вы не согласны с оценкой климата собеседником, держите свое мнение при себе, если не хотите ссоры. Кивайте, соглашайтесь и лишь потом можете поговорить на посторонние темы. Кстати, ругать британский климат дозволено только самим англичанам, иностранцам критиковать туманы и сырость Альбиона нельзя - прослывете хамом. Англичане - заядлые сплетники. Но сплетничать могут только внутри нации. Перед гостями они хранят чопорность, берегут частные тайны, потому и прослыли сухарями. Даже о себе, любимых, рассказывать не желают. Вопросы о работе, семейной жизни считаются неприличными. Еще одна странность - безукоризненный костюм свидетельствует о том, что обладатель костюма из низших слоев. Чем ярче одежды, пусть и дорогие, тем беднее человек. Зато истинная аристократка, знатного британского рода, не скрывает того, что покупает блеклую одежду на распродаже. Ровный газон, ухоженный задний двор - хозяин представитель среднего класса и ниже. У аристократов считается хорошим тоном естественный вид. Причем добиваться такого вида надо долго - как в английском анекдоте. Раз в неделю поливать и раз в две недели стричь — и так 400 лет. Между прочим даже в современной действительности, когда казалось бы родовые чины мало что значат, британцы по-прежнему трепетно относятся к сословиям.Но самое главное, что отличает истинных англичан это их постоянная привычка иронизировать над собой и друг другом- своего рода способ защититься от окружающих. Книга, несмотря на то, что претендует на серьезное антропологическое исследование, получилась очень смешная. Дина Ильина