Это далеко не первая книга о «Машине времени», но первый взгляд со стороны, претендующий на объективность. Андрей Макаревич в своих изящных автобиографических книжках воспользовался правом не писать о том, о чем не хочет – показав себя тонким и остроумным автором и обойдя большинство спорных моментов. Скандально уволенный из группы Петр Подгородецкий родил довольно лихой ответ «Машина» с евреями», представляющий собой сборник баек о «машинистах» и наездов на Макаревича. Всё это читать было весело, но ни один из вышедших томов не претендовал на право называться историей группы. Между тем, коллектив, готовящийся отметить 40-летие, на выпуск творческой биографии претендовал давно. Теперь она есть.
Михаил Марголис добровольно отказался от роли рассказчика и тем более судьи. Он в «Затяжном повороте» - модератор, вовремя дающий слово тому или другому участнику «Машины времени» либо свидетелю описываемых событий. Авторские ремарки присутствуют в очень скромном объеме и в основном в виде уточняющих вопросов. Выступая в амплуа острого интервьюера, а не делающего окончательные выводы повествователя, Марголис добивается максимально полной картины: практически каждое высказывание неоспоримого лидера Андрея Макаревича корректируется либо даже редактируется его коллегами. Объективность здесь складывается из суммы субъективностей. Надо отдать должное автору – он опросил всех, кого возможно; честно пытался даже найти Кавагое и Зайцева – первый умер незадолго до подписания «Поворота» в печать, о найденном теле второго сообщили уже после подписания. К слову, уже в самом начале Михаил Марголис просит учесть, что «все высказывания о Каве на страницах этой книги сделаны до его смерти». Ремарка не лишняя, если учесть, что Кавагое на означенных страницах в основном ругают. Достается и Зайцеву, и, разумеется, Подгородецкому. К чести последнего, он с Марголисом встречаться отказался, заявив, что после «Машины» с евреями» «больше этой темой не интересуется» (а ведь мог бы еще немного потеребить свою обиду); впрочем, в своей книге Петр Иваныч высказался настолько громко, что нынешний летописец не испытал дефицита в его цитатах. Тема пресловутого увольнения Подгородецкого неизбежно всплывает в книге, но никакой ясности относительно истинных причин этого кадрового решения по-прежнему нет. «Мы никогда не говорили и не скажем, почему на самом деле расстались с Петей», - говорит дипломатичный Кутиков. Нынешний клавишник Державин считает, что Подгородецкий для «Машины» был «чересчур пианистом», поэтому его и заменили. А Макаревича при упоминании Петра Ивановича вновь начинает трясти, и он без обиняков называет Подгородецкого «свиньей».
Как мы видим, несмотря на приближающийся сороковник, «машинисты» не утратили душевного неравнодушия. Из высказываний музыкантов можно вывести куда более любопытные психологические портреты, чем если бы Михаил Марголис вздумал сам их нарисовать. Вот Александр Кутиков – в амплуа не хриплого и страстного исполнителя «Поворота», а рассудительного издателя и саунд-продюсера «Машины». Вот Евгений Маргулис, хитрован и одновременно пофигист, имеющий на все свое перпендикулярное мнение. Вот надежный молчаливый Валерий Ефремов, сказавший для этой книги больше слов, чем, кажется, дал интервью за три десятка лет в группе. Вот Андрей Державин, со сдержанным юмором относящийся как к своей прошлой карьере поп-звезды, так и к нынешней службе в заслуженной группе. А вот и Андрей Макаревич, самый интересный экземпляр. Лидер «МВ» доверял автору как старому знакомому, но явно опасался за дело, финальный результат которого зависит не от него. Резкие ноты в терпеливых ответах Андрея Вадимовича придают им особый шарм; Макаревич много в этой книге матерится, причем иногда не для того чтобы подчеркнуть дружелюбную атмосферу общения, а попросту от нервозности. Живой, непростой человек – это передано очень четко.
Замечателен подбор фотографий: мало того что их много, так они еще и точно иллюстрируют текст – в подписях к снимкам много цитат из высказываний на соседних страницах. Михаил Марголис отказался от ущербной идеи мерить вехи биографии «Машины времени» выходящими альбомами и вообще не сильно зацикливается на датах. История группы разбита на десять глав-периодов: точности в цифрах нет, но никто не забыт, ничто не забыто. Наконец расставлены акценты в истории с переходом «Машины» в Росконцерт в начале 80-х. Зрелые рок-фэны до сих пор внутренне уверены, что группа тогда «продалась». А теперь представьте: вам почти 30, вы с успехом играете музыку, и вам поднадоела «романтика» подпольных концертов – отказались бы вы от возможности профессиональной самореализации? Вот то-то же. Марголис сумел даже раскрутить «машинистов» на обсуждение ранее абсолютно для них табуированной темы «секс, спиртное, рок-н-ролл». Обратите внимание ответы на вопросы типа «верным мужем тебя вряд ли можно назвать?» и «у вас, наверно, существовали свои друзья-врачи?» - узнаете о бурной молодости музыкантов. В то же время это ничуть не ностальгическая книга. Устами «машинистов» и их директора Владимира Сапунова автор очень убедительно рассказывает о том, какие творческие (и материальные, чего уж там) стимулы находит группа на сороковом году своего существования. Приятного чтения.
Алексей Мажаев, InterMedia