Стасу Барецкому за тридцать, он живет в Ломоносове со “старушкой-мамой”, работает охранником и на досуге пишет песни. Человек необъятных размеров с бог знает какой историей на лице, страшный на сцене и безмерно симпатичный в личном общении. В последнее время он появляется в клубах, где шансоном (а чего еще ждать от такой глыбы) и не пахло. Стас Барецкий – новая звезда, открытая “Елочными Игрушками”. Волей “Елок” русский шансон Стаса теперь обрамлен экспериментальным электрозвуком. Они довольно много выступают на вечеринках, куда приходит юная публика и где самая привычная музыка – трэш-хаус, неглубокий саундтрек субботних дискотек. Ревущий-матерящийся Стас Барецкий закономерно повергает слушателей в шок. “В клуб пришел – одни торчки. Носят темные очки” – вот что он думает обо всем этом. Проект с “Игрушками” получился сам собой. “Елки” живут одной музыкой, то есть ничем другим не зарабатывают. Пять дней в неделю работают в студии, и совершенно закономерно открыты новым проектам. При этом продюсирование какой-нибудь Валерии – явно не их стезя. Они – из другого измерения, где звук не продается, а скорее дарится, а у результатов небольшие тиражи. Зато Том Йорк в восторге от их ремиксов, и прошлогодний хип-хоп-проект 2H Company стал настоящим событием на сцене умного андеграунда в Петербурге и Москве. Карьера Стаса началась легко: каким-то образом он сам записал два альбома – “Цензура” и “Цензура-2” – один под гитару, другой – под синтезаторы. Синтезаторы обеспечил Андрей Ерофеев, в то время – участник группы PCP. Теперь Стас приносит свои тексты в студию “Елочных Игрушек”. Новые и старые песни получили звук, судя по всему, будет альбом. Стихи Стаса просты, выразительны, в плане шансона – довольно аккуратны, такие ожившие тексты издательства “Красный матрос”. Как это воспринимают? Преимущественно негативно. Со стороны шансона все чисто: он допускает любые звуковые решения (в ночном такси услышишь по радио сиплый женский голосок, плетущий тюремное кружево под изящный атмосферик-драм-н-бейс, – не удивишься), это инерция шансонной вселенной – она впитывает в себя все что угодно, ставя во главу вечные сиплые ценности. К исходу пол-литра шансон пробьет кого угодно, главное, чтоб стихи были с кровью, а музыка – приложится. Но когда шансон вливается в IDM, то со стороны “нормальной” музыки, каковой является, конечно, не шансон, а IDM, начинаются проблемы с аудиторией. Во что выльется проект, станет ясно в ближайшее время. Хотя уже сейчас понятно, что “Елки” в рамках комфортного домашнего музицирования устроили очередной масштабный эксперимент не столько над звуком, сколько над культурой. Бессильный интерес русского интеллигента к народу здесь ни при чем. Просто в размытой культуре, которая оставляет место только серому шуму, благодаря ясности мысли образовалось новое созвездие.