Это теперь стала ясна приверженность наших рок музыкантов к традиционным инструментам и акустике, а в те годы продвинутый слушатель недоумевал, слушая наши, родные аналоги Дип Пёрпла, Лед Зеппелина и других, в лице Воскресенья, Машины Времени и других в свою очередь, почему не появляются наши аналоги Крафтверка, Рокетса, и т.д., вообще, почему никто у нас не использует супермодный и популярный роботизированный, пропущенный через вокодер, голос. А просто не было у нас в стране ни вокодеров ни чего другого, позволяющего экспериментировать в косморобомузыке, именуемой электропопом. Почти все песни на английском языке, что выдаёт закономерно амбициозные помыслы ни больше ни меньше, как захватить западный рынок! Стать первой советской группой, получившей мировую известность!
У Ярослава Ангелюка и Александра Боднаря оказывается в распоряжении дефицитный комплект суперпоследней западной электронной аппаратуры, оснащённой различными полезными вещами, типа секвенсора и вокодера. Они начинают записывать альбом, стиль которого, естественно, определяет аппаратура.
Случается так, что Ангелюк из-за каких-то своих дел отсутствует в студии несколько дней. В это время на студию наталкивается случайно или неслучайно Юрий Лоза, который до этого, как и Ангелюк, играл в группе Бари Алибасова «Интеграл». Лоза носится со своим материалом в поисках любой студии, и обретает великолепный подарок судьбы. Он за рекордно-кратчайшее время, практически за день, пишет при помощи Боднаря и некоего Игоря свой знаменитый альбом «Путешествие в рок-н-ролл» и отчаливает, так как что-то у него там с Ангелюком не ладится. Альбом, естественно, тут же попадает в руки культуртрегеров, которые, согласно с тогдашним бумом на разные ансамбли с оригинальными и странными названиями, пускают его в победоносное шествие по стране, вклеив в начало альбома слова о том, что мол, для вас играет группа Примус. Лоза и сам рад и не рад этому. Вернувшийся Ангелюк вне себя! Но поделать уже ничего нельзя. Музыканты завершают альбом, но поднявшаяся необыкновенная шумиха и суперуспех альбома Лозы не оставляют никаких шансов. Под словом «Примус» все уже понимают другое и ждут совсем другого. Что это, какие-то английские песни? Нет, не надо, дайте мне, пожалуйста, «девочку в баре». Примусовцы не отчаиваются, и пишут следующий альбом, перенеся на него с первого две единственные песни на русском - заглавную «Старый примус» и «Пейте пепси-колу» и два хита на английском языке. Из них по настоящему удачен «Fight, fight, fight». Второй альбом уже получает более широкий резонанс в подпольной поп-индустрии. Под эти, говоря сегодняшним языком, «неформатные» песни ухитряются танцевать в дискотеках, их поют и цитируют, баллада о русском воине входит в репертуар дворовых ночных гитаристов. Лоза также выпускает 2-й альбом.
Путаница продолжается, хотя на этот раз Лоза тиражируется под своим именем. Примус же приобретает почему-то подзаголовок «группа Ярослава Миронова», то ли в попытке дистанцироваться от лозовского «примуса», то ли в целях непонятной конспирации (всё же на дворе небезызвестный 1984-й год), то ли всё вместе. Теперь уже палка о двух концах, при просьбе продать новый Примус продаётся либо ангелюковский Примус, либо Лоза «Концерт для друзей». А чаще, чтобы не забивать голову ни себе, ни людям, в звукозаписи просто пишется на одну плёнку с одной стороны Лоза, с другой Примус.
Следующий год, 1985-й, Примус пишет получившийся мини-альбомом «Стоп, монету», в котором синтезируется драйв новой волны с хардовыми гитарными риффами и хэви-метал-подобным вокалом (не Ангелюка). Юрий Лоза примыкает к группе «Зодчие», гастролирует с нею, записывает альбомы «Огни эстрады», «Тоска». На этом путаница вроде заканчивается. Все уже знают Ю.Лозу и, в крайнем случае, ищут его под названием «Зодчие». Что же Примус? Дальнейшие три года нашей истории покрыты мраком.
В 1988 году до общественности доходит альбом «Привет Лозе». Альбом менее целостный, гораздо менее оригинальный, менее мелодичный, местами кичовый, местами приблатнённый. Запомнились «актуальная» песня о кооперативном туалете, и собственно, запоздалое посвящение Лозе:
«Лоза, Лоза, нажми на тормоза,
свой старый лимузин останови».
В то же время Ангелюк, похоже,первый и последний раз появляется на ЦТ, декларируя свой отход от «подпольной» музыки и начало занятия чисто коммерческим подходом к оной. Мол, время сейчас новое, обличать и строить из себя героев не пристало, надоело, наконец-то можно спокойно заняться попсой. Что и демонстрирует ошарашенным фанам исполнением изуродованной версии «Fight, fight, fight», звучащей в русском варианте, как «Май, май, май, счастливый месяц май». Кажется закономерным, что после этого Ярослава Ангелюка никто не видел и не слышал. Однако Примус возродился во главе с Александром Боднарем под названием «Старый Примус», появлялся на телевидении, выпустил пластинку, на которой о действительно старом Примусе напоминало наличие песни «Новогодняя сказка» с абсолютно другой мелодией и аранжировкой. Естественно, такой безликий Старый Примус просуществовал недолго.
Куда делся Ангелюк, история умалчивает, судя по всему, эмигрировал, и может быть даже в Израиль. Но это только догадки. Загадочна также роль во всём этом Юрия Царёва - маститого клавишника, игравшего Тане Булановой в Летнем Саду, в былые времена - участника группы Метро, достойной отдельного разговора. Благодаря ему мы снова чувствуем незримую тень Лозы, витающую рядом с Примусом. В 1996 году неожиданно для всех и поэтому многими незамеченным, вышел вдруг компакт-диск группы «Примус» под озадачивающим названием «Примус-1». Никаких пояснительных текстов к диску не рилагалось. Однако, вокал всех песен был, в отличие от предыдущих альбомов, только ангелюковский, были заново спеты некоторые известные хиты с прошлых альбомов, и добавлено много новых. Голос Ангелюка претерпел изменения не в лучшую сторону, он чуть ли не даёт петуха, чувствуется острая нехватка Боднаря. На клавишах играет Юрий Царёв, он же является автором нескольких песен. Фокус в том, что Юрия Царёва можно было видеть и на концертах Ю. Лозы в 1997 году. Мистика, однако..
Итак, надежды фанов на переиздание своих альбомов Ангелюк-Примус не оправдал, о себе ничего не сказал, и снова удалился в параллельный, одному ему ведомый мир.