Раздели со мной, Витька, печаль,
Я провел день в тоске и унынье.
И скажу тебе все-таки жаль
Лучших дней тех не сыщешь по ныне.

Погреба тогда были полны
И Цимлянским, Бургундским напоем,
Но, а в псарнях собаки борзы,
И в конюшнях скакун был достоин.
Где те лошади, Витя, скажи,
Кто под плуг подошел, кто в подводы,
По удачливей псы – в сторожи,
Остальных – живодерам в колоды.

Нет не плачу я, Бог упаси
Землю жаль, что сорняк не скупится,
Она ж требует плуг, ты спроси,
Да семян и воды пригубиться.

Расскажи мне, Витек, ты ж старшой,
Как рыбацкий вы кан нагружали,
Лед сдавался под строгой пишней,
Окуней да лещей вынимали.

День пришел и ты меня приобщил
В сотый раз рядим сетью немалой.
Где ж та рыба да сом, что тащил,
А быть может мне в неледь с гитарой.

Раздели со мной, Витька, тоску
Да пройдись по граненным горилкой.
Ты же знаешь, уж шесть лет не пью
Иногда все же хочется в дымку.
Водка ляжет, а к ней табачок
Кумарнет да отпустит ремнишки.
Раззадоримся, мил старичок,
И по памяти как те мальчишки.

Мне б туда в годы маминых рук,
В годы сказки да кашицы манной.
Может мать, где обидел я вдруг
Я б сейчас по-другому – исправно.

Красоту ее годы сожгли,
Тяжкий труд подломил так жестоко.
Недопоняли матушку мы
И сиротами шли в путь далекий.
Где ж, Витек, те дороги легли
В какой бойне братва поредела.
Пацаны «огоньки», «ветерки»
Вечный сон обрели, вот в чем дело.

Помнишь взял нас казачий дозор,
Подорожную нашу подмяли.
Чудно ксиву заделал Егор,
Ах, каких мастеров потеряли.

Ах, Витек, раздели грусть мою,
Это скоро пройдет, ты же знаешь.
Не из слабых, еще мы в строю,
И дворнягами нас не затравишь.
Ладно, все по последней и спать
Завтра снова рюкзак и в дорогу.
Пожелаем нам всем избежать
Лазареты, нужду и тревогу.