БОБКОВ ВЯЧЕСЛАВ (р. 9.07.1957 г.) – автор и исполнитель. Первую песню написал в 15 лет. На "большую" сцену попал в 1977 году в качестве гитариста и солиста группы "Интеграл". После службы в Армии, в 1980 году, Вячеслав Бобков поступил в Усть-Каменогорское музыкальное училище, на которое с успехом заочно окончил в 1985 году. В 1991 году записал первый сольный альбом "Русская душа" и начал самостоятельную карьеру. Слава Бобков принимал участие в концерте-фестивале, состоявшемся 16 апреля 2002 года в Кремле, где стал лауреатом "Всенародной премии Шансон года".
(из книги «Русский шансон: люди, факты и диски»)
- Вячеслав, вы одна из самых таинственных фигур шансона, о вас, практически, нет никакой информации, только скупые упоминания и все.
- Ну, почему же, вот недавно пираты издали роскошный четырехстраничный буклет, там вся моя дискография в формате мр3 и буклет, роскошное качество, фотографии и прочее. Правда, никому разрешение на такое я не подписывал, но оно вышло. Или иногда читаю какие-то статьи о себе, там путают даты рождения и прочее, мне недавно Миша Шелег показывал, мы вместе посмеялись.
- Тогда давайте для всех – и дату рождения и о себе немного.
- Дата рождения: 9 июля 1957 год. Родился я на Алтае, до Армии попал в тогда известную и популярную группу «Интеграл», руководил ей и там же был барабанщиком Бари Алибасов . А я там играл на гитаре и был вокалистом, был самым молодым, остальные были меня постарше лет на восемь-десять, я там хорошую школу прошел.
Я уже тогда неплохо играл на гитаре, очень тяготел к ней. Это случилось после того, как я побывал на концерте Владимира Высоцкого, он приезжал в наш небольшой городок. Дал там два концерта, я оба посмотрел. Случилась романтическая мальчишеская история – прорывался за кулисы, заболел гитарой, через какое-то время меня заметили и пригласили в группу «Интеграл». Оттуда я ушел в Армию, уже тогда я занимался авторской песней. Когда ребята уходили на небольшой антракт переодеться и немного отдохнуть, я выходил с гитарой и исполнял те песни, которые теперь называют «русским шансоном». Песни эти я не записывал, они были и, как говорят теперь, лежали в столе, вот иногда я их и исполнял.
Гораздо позднее, в 1991 году, случайно или не случайно встретился хороший человек, который на одном праздничном застолье, где я пел под гитару, спросил: «А почему ты их не запишешь и не издашь на кассетах?» Он похвалил меня и сказал, что у меня получается не хуже, чем у остальных. Я ему сказал, что для этого нужна определенная сумма денег, у меня не было такой тогда такой суммы, он был человек обеспеченный и как меценат спродюсировал мой альбом. Он сказал: «Мне ничего не нужно, я хочу тебе подарить альбом».
Я записал альбом, он вышел в декабре 1997 года и назывался «Русская душа», там были песни, ставшие потом известными: «Чулочки в сеточку», «Беда», «Письмо к матери» (или «Конвой», как его еще иногда называют). И вот с этого все и началось.
- Слава, я понимаю, что вопрос, может быть, некорректно задан, наверняка вам его уже не раз задавали, но… Откуда у парня тюремная грусть? Ведь у вас песни – это, прежде всего, лирика, не блатная, а простая человеческая жизнь, размышления о человеке, который стоит все же по эту сторону забора.
- Знаете, ни Михаила Круг, ни Сергей Наговицын не были «там», они, как и Владимир Высоцкий писали. Прежде всего, стилизации, другое дело, что они их пропустили через себя, поэтому так горько и искренне они звучат. Может, поэтому народ и верит им, так вот отзывается душой и сердцем. У меня же почти такая же история, я вырос в городке, где вокруг стояли зоны. У нас там почти все население, ну, точно, что каждый второй – были «оттуда», это же накладывает свой отпечаток. И еще так получилось, что мой очень хороший друг, так уж получилось, провел «там» много лет, он крестный моего сына…. Но вот уже так сложилась жизнь. И многие песни, что стали заметны слушателю, это отзыв на его боль, на его жизнь. Он очень хороший человек, но вот так получилось.
- Немного расскажите историю возникновения альбома «Конвой», который был записан с ансамблем «Братья Жемчужные»?
- сама идея была просто, хотелось записать альбом с «Братьями Жемчужными», идея принадлежала Юрию Севастьянову, тогдашнему директору компании «Мастер саунд». Он мне сказал: «Почему бы тебе не записать альбом с «Братьями Жемчужными»? Юрий Николаевич очень дружил с Александром Фруминым, они созвонились и я поехал в Питер. Был совместный концерт в ночном клубе: Михаил Круг, «Братья Жемчужные» и я. Потом я остался и мы за неделю записали этот альбом. Конечно, это незабываемое впечатление от работы с классными музыкантами. Это было в 1995 году, потом случились события, которые воспрепятствовали своевременному выходу этого альбома. Должен он бы называться «Слава Бобков и «Братья Жемчужные». Потом компания «Классик компании» попросила добавить к этому альбому еще три: «Письмо к материи», «Такси зеленый огонек» и «Беда».
Получилось так, что я не проследил, как назовут альбом, я-то думал, что само собой разумеющееся, что его так и назовут, а он вышел под названием «Конвой», а потом его уже переиздали в серии «Легенды русского шансона». Так что, к сожалению, публика думает, что это старые песни, а там новые версии с «Братьями жемчужными» и только три старые песни.
- Вячеслав, немного о музыке…. Что для вас гитара?
- Вообще, так получается, я профессиональный гитарист, как я уже говорил, что начинал-то я еще до «Интеграла», просто болел ей. В буквальном смысле, я спал и просыпался с ней, «снял» почти все песни Высоцкого и «Биттлз», что были мне тогда доступны, исполнял их на танцах. Потом стал сам сочинять, а после Армии, когда пришел, поступил на класс гитары в музыкальное училище и окончил его, так что я – профессиональный гитарист. Часто записываюсь с другими исполнителя, так же играю на концертах, если друзья просят, если мне знакомы их песни и они мне импонируют. Так что я могу выйти и подыграть на гитаре, так было и с Ефремом Амирамовым, с Никитой Джигурдой и со многим авторами-исполнителями.
- Я обратил внимание, что в вашем репертуаре в основном авторские песни, была народная «Золотаюшка», а так – все свое…
- Еще была песня «Экипаж» - это на стихи Володи Быченкова, самобытный и талантливый московский поэт, я с ним подружился уже когда переехал в Москву. Он привез мне эти стихи, попросил написать мелодию, хотел спеть и записать сам, но получилось так, я записал аранжировку и, чтобы Володе было удобнее запомнить, напел вариант мелодии. То, что вы сейчас слышите – это была рабочая запись. Володя записал свой вариант, но потом вдруг передумал и сказал, что ему больше нравиться моя версия и предложил ее отдать на радио. И вот таким вот образом черновой вариант и стал рабочим, я, когда делал рабочую запись, не мог петь в полсилы и все эмоции, что тогда переживал, остались на пленке. Так вот черновая запись и пола в «народ» и в альбом.
- А нет такого желания издать сборник стихов, ведь не кривя душой, есть потрясающие по пронзительности и красоте стихи?
- Вы знаете, нет, скажу вам честно, я считаю себя больше музыкантом, чем поэтом. Точнее – поэтом я себя совсем не считаю. Потому что, смотря на стихи Геннадия Жарова, Ефрема Амирамова, не говоря про стихи Высоцкого и многих других, я понимаю, что у меня не стихи, а тексты для песен. Да, есть удачные, но я больше музыкант, точнее - мелодист. Да, я не хочу петь пустые песни, естественно, что меня волнует, что я переживаю, то и я пытаюсь выразить в песне, а вот стихи, по-моему, это совсем другое.
- Человеческое любопытство, как ваши песни попали к Михаилу Шуфутинскому?
- Мои песни ему передал его приятель Лев Полевода, композитор, они все дружили, когда Михаил Шуфутинский руководил ансамблем «Лейся, песня!», там еще был и Вячеслав Добрынин. Лев Полевода был руководителем ансамбля, с которым мы вместе работали от Калужской филармонии несколько лет, ездили с концертами по стране. А Лева, встретившись с Шуфутинским, передал ему кассету моих песен и сказал: «Со мной в программе работает парень, у него есть песни, которые могут тебя заинтересовать». И где-то через полгода он позвонил и спросил: «Ты будешь не против, если мы запишем пару вещей из твоего репертуара?» Я, конечно, был не против и он записал на первой же пластинке «Такси зеленый огонек», «Письмо к матери» и потом еще записывал мои песни: «Идет посадка на рейс», «Черный пистолет» и другие.
- Кто-то еще поет ваши песни?
- Основное – это Михаила Шуфутинский, но есть и другие ребята. Если я вижу, что человек поет и у него это получается, если он ей даст новую жизнь песне, если он открывает какую-то новую грань песни, что, может быть, у меня получилось не в полной мере – я даю «добро» на исполнение. Да и вообще, мне приятно, что люди исполняют мои песни не с коммерческими целями, не с экрана телевизора или записи на пластинку, а просто в ресторане и для души, это же не требует дополнительного разрешения. Любому автору приятно, когда его песни народ подхватывает.
- Не получалось так, что где-то в ресторанах слышали свои песни?
- Да. Так порою и получается, люди знают, что я в зале и специально поют эти песни, многие поют неплохо и это приятно.
- Есть авторы, которые выпускают альбомы, скажем так, по внутренней надобности – когда собирается хороший материал, они идут в студию и раз в два-три года, некоторые раз в пять лет, записывают альбомы, за которые не стыдно. Есть авторы, которые выпускают диск по несколько раз в год… Мне вот жалко, что у вас альбомы выходят довольно редко, но с другой стороны – каждый альбом событие.
- Я не хочу играть в какие-то игры, мне хочется быть самим собой, как пишется, так и пишется, поэтому и получаются такие перерывы. Когда нечего сказать, лучше промолчать, вот когда что-то внутри появляется, тогда и можно высказаться. Вот недавно вышел альбом «Коса и камень», так же записан проект – музыкальное междусловие к роману «Мастер иллюзий», его написала Люся Фатеева, писательница, либретто написал талантливый музыкант Александр Кузяев, он же звукорежиссер диска. Я здесь, как исполнитель вокальных и гитарных партий.
- А нет желания сделать какой-то совместный проект с кем-то из коллег?
- Вот этот проект, здесь музыка Карла Палмера, он уже был в России, одобрил этот проект, так что – все идет свои чередом. Он уже получил свои экземпляры и передаст другим участником проекта, потому что половина музыки компилирована из их произведений. И вообще, здесь много музыки западного прогрессивного рока – очень живая и интересная работа. Я не отождествляю себя только с шансоном, я в юности прошел школу «Интеграла», увлекался и «Биттлз», много слушал «Дорз». В этом проекте – не дословный перевод этих песен, а вольное изложение, созвучное концепции романа. Так что этот саундтрек может быть не только к роману, но и самостоятельным произведением.
- Сейчас модно делать какие-то совместные проекты, нет ли у вас подобных идей?
- Есть. С Володей Шиленским, а так же с талантливым поэтом и музыкантом Димой Легутом есть идея записать проект, он пока только в стадии репетиций. Мы создали такое вот акустическое трио и задача – поработать по клубам в Москве. Трио будет называться «Шиленский, Легут и Бобков», песни будут не традиционные – с наших прошлых альбомов, а специально написанные для этого проекта, часть песен уже есть, часть – в процессе написания. Будем надеяться, что мы эту пластинку запишем, это будет именно акустическая пластинка – не будет барабанов, только гитары, перкуссия и вокал. Такой теплый комнатный саунд, должно получиться хорошо.
- Спасибо, Вячеслав, за беседу и удачи!
- Спасибо.
Беседовал Михаил Дюков
Калининград, декабрь 2005 года
