Я долго не знал, с чего начать, но вот в доме опять включили «ящик для идиота», как однажды назвал Высоцкий телевизор, и я услышал все те же самые «хиты», нехитрый подбор которых каждодневно крутит телеканал «Мир». По иронии судьбы поделки эти интересны тому пролетарскому большинству, которое было лишено Советской властью своей собственной пролетарской культуры, частью которой был городской романс. «На окраине, где-то в городе, я в рабочей семье родилась» — пелось в старинной песенке «Кирпичики».
Там, в рабочих окраинах, родилось множество песен в жанре жестокого романса — одной из составляющих огромного песенного мира — городского фольклора. Городской фольклор — выражение не совсем точное, скорее это городская традиционная песенная культура. Этот синтез жанров имеет глубокие корни в слиянии русских, цыганских, еврейских, молдавско-украинских песен, салонного романса, гусарских, морских, портовых, солдатских, уличных, детских песен, политических песен авторов-куплетистов, жестокого романса, блатных, каторжных, лагерных песен, наконец, джаза 20-х — 50-х годов, эстрады и даже рок-н-ролла. Пожалуй, нет жанра, не нашедшего в нем свое отражение. Но он не столько брал, сколько давал другим, порождал новые жанры, такие, как бардовская песня, туристская, студенческая, ресторанно-кабацкая и даже... русский компьютерный попс.
Эти столь разные течения, отпочковавшись, быстро забыли свои корни, стали самозамкнутыми системами и в настоящее время не имеют, кроме мелодий, ничего общего с городским фольклором. Начиная с прошлого века в городском фольклоре прослеживаются два параллельных течения - песни салонные, для интеллигенции и песни уличные, внешне более простые. В 60-х годах эти два течения дали миру двух их представителей, продолжателей, творцов - Галича и Высоцкого. Вообще эти годы — золотой век городского фольклора и авторской песни. Благодаря появлению бытовых магнитофонов появились авторы и исполнители, чьи произведения расходились только в записях. Русская «подпольная» песня стала целой магнитофонной культурой, насчитывающей десятки имен прекрасных исполнителей, таких, как А. Северный, К. Беляев, М. Невский. Но все же самые главные здесь люди, на титаническом труде которых держится этот жанр, - это коллекционеры, горстка меценатов, рисковавших до сих пор не только своей свободой, но, самое страшное, потерей коллекции. Сейчас много говорится о потере деревней своих традиций, частушек, песен. Но никто и не вспоминает о культуре городской, ее просто считают «непричастной к искусству».
Понятно почему. Эти песни всегда были не по нраву власть имущим, считающих себя носителями истинной культуры, даже, если они не там ставят ударения и плохо выговаривают буквы. Они смыслят в классике много меньше, чем в черной икре, но именно классическая музыка их главный аргумент в борьбе с другими жанрами — не случайно в дни путча по всем программам звучала только симфоническая музыка. Но вопреки лагерям и запретам, а, может быть, и благодаря им, городской фольклор развивался. Но сейчас он на краю гибели. Как его спасти, как сохранить целый пласт культуры?
Владимир Андросов
Источник: http://www.blatata.com/
|
